Неточные совпадения
— Ужас, ужас! Ну, конечно, с таким человеком, как Фома Фомич, приятно служить: без наград не оставляет; кто и ничего не
делает, и тех не забудет. Как вышел срок — за отличие, так и представляет; кому не вышел срок к чину, к
кресту, — деньги выхлопочет…
Сделают из теса четыре крыла, утвердят их
крестом в вал и приделают к валу шестерни и колеса с кулачьями, так чтобы, когда вал вертится, он бы цеплял за шестерни и колеса, а колеса бы вертели жернов. Потом крылья поставят против ветра: крылья начнут вертеться, станут шестерни и колеса цеплять друг за друга, и жернов станет вертеться на другом жернове. И тогда сыплют зерно промежду двух жерновов; зерно растирается, и высыпается в ковш мука.
— Помилуй, Вакула! — жалобно простонал черт, — все что для тебя нужно, все
сделаю, отпусти только душу на покаяние: не клади на меня страшного
креста!
Все были не только ласковы и любезны с Нехлюдовым, но, очевидно, были рады ему, как новому и интересному лицу. Генерал, вышедший к обеду в военном сюртуке, с белым
крестом на шее, как с старым знакомым, поздоровался с Нехлюдовым и тотчас же пригласил гостей к закуске и водке. На вопрос генерала у Нехлюдова о том, что он
делал после того, как был у него, Нехлюдов рассказал, что был на почте и узнал о помиловании того лица, о котором говорил утром, и теперь вновь просит разрешения посетить тюрьму.
— Теперь повторяйте за мной, — сказал он и начал: — Обещаюсь и клянусь всемогущим Богом, пред святым Его Евангелием и животворящим
крестом Господним, что по делу, по которому… — говорил он,
делая перерыв после каждой фразы.
Потом, после допроса сторон, как они хотят спрашивать: под присягой или нет, опять, с трудом передвигая ноги, пришел тот же старый священник и опять так же, поправляя золотой
крест на шелковой груди, с таким же спокойствием и уверенностью в том, что он
делает вполне полезное и важное дело, привел к присяге свидетелей и эксперта.
— Загипнотизировываешься? — повторил Богатырев и громко захохотал. — Не хочешь, ну как хочешь. — Он вытер салфеткой усы. — Так поедешь? А? Если он не
сделает, то давай мне, я завтра же отдам, — прокричал он и, встав из-за стола, перекрестился широким
крестом, очевидно так же бессознательно, как он отер рот, и стал застегивать саблю. — А теперь прощай, мне надо ехать.
Егорка
делал туалет, умываясь у колодца, в углу двора; он полоскался, сморкался, плевал и уже скалил зубы над Мариной. Яков с крыльца молился на
крест собора, поднимавшийся из-за домов слободки.
— Будешь задумчив, как навяжется такая супруга, как Марина Антиповна! Помнишь Антипа? ну, так его дочка! А золото-мужик, большие у меня дела
делает: хлеб продает, деньги получает, — честный, распорядительный, да вот где-нибудь да подстережет судьба! У всякого свой
крест! А ты что это затеял, или в самом деле с ума сошел? — спросила бабушка, помолчав.
Дом, в котором соблюдались посты, ходили к заутрене, ставили накануне крещенья
крест на дверях,
делали удивительные блины на масленице, ели буженину с хреном, обедали ровно в два и ужинали в девятом часу.
Года через два-три исправник или становой отправляются с попом по деревням ревизовать, кто из вотяков говел, кто нет и почему нет. Их теснят, сажают в тюрьму, секут, заставляют платить требы; а главное, поп и исправник ищут какое-нибудь доказательство, что вотяки не оставили своих прежних обрядов. Тут духовный сыщик и земский миссионер подымают бурю, берут огромный окуп,
делают «черная дня», потом уезжают, оставляя все по-старому, чтоб иметь случай через год-другой снова поехать с розгами и
крестом.
Легко может быть, что в противном случае государь прислал бы флигель-адъютанта, который для получения
креста сделал бы из этого дела заговор, восстание, бунт и предложил бы всех отправить на каторжную работу, а государь помиловал бы в солдаты.
— Сначала вы мне скажете о причинах, побудивших короля французского взять
крест, — сказал он, поднимая брови и указывая пальцем на чернильницу, — потом объясните мне общие характеристические черты этого похода, — прибавил он,
делая всей кистью движение такое, как будто хотел поймать что-нибудь, — и, наконец, влияние этого похода на европейские государства вообще, — сказал он, ударяя тетрадями по левой стороне стола, — и на французское королевство в особенности, — заключил он, ударяя по правой стороне стола и склоняя голову направо.
Ему даны были нарта собак, дней на 35 сухарей, чаю да сахару, маленький ручной компас и вместе с
крестом Невельского ободрение, что «если есть сухарь, чтоб утолить голод, и кружка воды напиться, то с божией помощью дело
делать еще возможно».
— Матушка, — сказал Рогожин, поцеловав у нее руку, — вот мой большой друг, князь Лев Николаевич Мышкин; мы с ним
крестами поменялись; он мне за родного брата в Москве одно время был, много для меня
сделал. Благослови его, матушка, как бы ты родного сына благословила. Постой, старушка, вот так, дай я сложу тебе руку…
— Ничего ты не понимаешь, Анна, — усовещивал ее Замараев. — Конечно, я им благодетель и себе в убыток баланс
делаю: за тридцать-то шесть процентов в год мне и самому никто не даст двугривенного. А только ведь и на мне
крест есть… Понимаешь?
А Митеньки все нет как нет. Что станешь
делать? Пошел Никита Федорыч с безотвязным Морковниковым, хоть и больно ему того не хотелось. «Все равно, — подумал, — не даст же покоя с своим хлебосольством. Теперь его ни
крестом, ни пестом не отгонишь». И наказал коридорному, как только воротится Веденеев либо другой кто станет Меркулова спрашивать, тотчас бы повестил его.
И молебны-то пели, и образа-то поднимали, и по полям со
крестами ходили, и попов поили, кормили, — а все Господь не шлет дождичка, что хочешь
делай…
В одних селеньях слесарничают, в других скорняжничают, шорничают, столярничают, веревки вьют, сети вяжут, проволоку тянут, гвоздь куют, суда строят, сундуки
делают, из меди кольца, наперстки, кресты-тельники да бубенчики льют, — всего не перечесть…
Да смотри, станешь то гнездо с березы брать, станешь на себя вздевать —
делай все с
крестом да молитвой…
«Куда могла она пойти, что она с собою
сделала?» — восклицал я в тоске бессильного отчаяния… Что-то белое мелькнуло вдруг на самом берегу реки. Я знал это место; там, над могилой человека, утонувшего лет семьдесят тому назад, стоял до половины вросший в землю каменный
крест с старинной надписью. Сердце во мне замерло… Я подбежал к
кресту: белая фигура исчезла. Я крикнул: «Ася!» Дикий голос мой испугал меня самого — но никто не отозвался…
Желание
креста для ближнего есть желание облегчения и просветления страданий, желание со своей стороны
сделать все, чтобы это страдание было более легким и светлым.
— Но вы поймите, — старался убедить его Иван Петрович, — дворянство это
сделает за пожертвование им денег, на которые двадцать или даже тридцать мальчиков получат воспитание, будут лучшими гражданами своего отечества и образованными слугами государя. И что это за предрассудок — в деле столь полезном ставить вопрос о том, что по
кресту ли дворянин или по рождению?
Старушка-монахиня спряталась в углу за одну из половинок отворенных из коридора дверей; что она там
делала — неизвестно, и слышался только шепот ее; горничные заметно старались
делать истовые
кресты и иметь печальные лица; повар употреблял над собой усилие, чтобы не икнуть на всю комнату.
Зная твое доброе сердце, я очень понимаю, как тягостно для тебя должно быть всех обвинять; но если начальство твое желает этого, то что же
делать, мой друг! — обвиняй! Неси сей
крест с смирением и утешай себя тем, что в мире не одни радости, но и горести! И кто же из нас может сказать наверное, что для души нашей полезнее: первые или последние! Я, по крайней мере, еще в институте была на сей счет в недоумении, да и теперь в оном же нахожусь.
— А я так думаю, что не надо
делать людям зла, но и не следует давать им возможность и волю
делать его безнаказанно себе… — после довольно продолжительной паузы задумчиво произнесла молодая девушка, видимо, пропустив мимо ушей патетический возглас «тети Тали» о терпении и
кресте.
Посмотри, видишь, как здесь орнамент
делает фигуру
креста.
— Что
делать! Вам тяжкий
крест богом назначен! — проговорил Еспер Иваныч, и у него тоже появились на глазах слезы.
— Што вы
делаете, отчаянные? — крикнул он, бросаясь в толпу с своим иноческим посохом. —
Креста на вас нет…
— Што вы
делаете, душегубы? — крикнул Макар, отталкивая Артема. —
Креста на вас нет!
Герой. — Это был настоящий, самый несомненный герой с георгиевским
крестом. Был на турецкой войне, брал Плевну. Он к нам поступил дворником. Григорий. Строгое, надменное лицо, презрительные глаза. Говорил с нами, мальцами, как будто большую нам честь
делал. Любимое его присловье было...
— Это будет не простая война, — восклицал князь, — а новый российский крестовый поход, борьба
креста и луны, Христа и Магомета. Чего не
сделали, не довершили крестоносцы, должна
сделать, довершить Россия с Великой Екатериной. Я здесь, в груди моей, ношу уже давно уверенность, что Россия должна совершить это великое и Богу угодное дело — взять и перекинуть луну через Босфор, с одного берега на другой, в Азию.
Ну, нечего
делать, видно, надо против тебя хорошее средство изобретать: взял и на другой день на двери чистым углем большой
крест написал, и как пришла ночь, я и лег спокойно, думаю себе: уж теперь не придет, да только что с этим заснул, а он и вот он, опять стоит и опять вздыхает!
Я пошел посмотреть; вижу, на ногах с колен чулки содраны, а с рук по локти перчатки сняты, татарва это искусно
делают: обчертит да дернет, так шкуру и снимет, — а голова этого человека в сторонке валяется, и на лбу
крест вырезан.
Предположив, что его прогулка мимо
креста, выказывая известную степень ненужного любопытства, быть может, послужила причиной, что никто не подошел к нему из понятной предосторожности, он на нынешний раз,
сделав должное, нарочно стал прохаживаться по другим дорожкам.
— Если презрение есть великодушие, то будь по-твоему, но тут нет места никакому великодушию, тут именно одно презрение и гордость, сатанински воспрянувшая при одном сближении, которое его жена
сделала между ним и Гордановым. Я вас, милостивые государыни, предупреждаю, что дело кончено! Понимаете-с; я говорю не о деле с дуэлью, которое теперь кончится, разумеется, вздором, а о деле брака Ларисы Платоновны. Он кончен, пошабашен и
крест на нем водружен.
— Служа здесь, в этой трущобе, надо по крайней мере
сделать карьеру…
крест… чин… в гвардию переведут.
Земский врач, чрезвычайно утомленный и на вид больной человек, сидел около кровати в кресле и, задумавшись,
делал вид, что считает пульс. Отец Иеремия, только что кончивший свое дело, заворачивал в епитрахиль
крест и собирался уходить…
Потом внушается воспитываемому, что при виде всякой церкви и иконы надо
делать опять то же, т. е. креститься; потом внушается, что в праздники (праздники — это дни, в которые Христос родился, хотя никто не знает, когда это было, дни, в которые он обрезался, в которые умерла богородица, в которые принесен
крест, в которые внесена икона, в которые юродивый видел видение и т. п.), в праздники надо одеться в лучшие одежды и идти в церковь и покупать и ставить там свечи перед изображениями святых, подавать записочки и поминания и хлебцы, для вырезывания в них треугольников, и потом молиться много раз за здоровье и благоденствие царя и архиереев и за себя и за свои дела и потом целовать
крест и руку у священника.
И вот этот батюшка, которого уверили, что он особенный, исключительный служитель Христа, большей частью не видящий сам того обмана, под которым он находится, входит в комнату, где ждут принятые, надевает занавеску парчовую, выпростывая из-за нее длинные волосы, открывает то самое Евангелие, в котором запрещена клятва, берет
крест, тот самый
крест, на котором был распят Христос за то, что он не
делал того, что велит
делать этот мнимый его служитель, кладет их на аналой, и все эти несчастные, беззащитные и обманутые ребята повторяют за ним ту ложь, которую он смело и привычно произносит.
Marie, верно ты
делала шнурочек милой для
креста?
— Господи, Иисусе Христе, да ведь нельзя этого, Терентьич, николи мы этого
делать не станем, поколи
крест на шее имеем, ослобони, будь отец милостивый.
Первенствующий член Синода Платон, архиепископ Митавский и Севский, вышел на середину церкви и стал перед аналоем, на котором находились Евангелие и
крест. Великий канцлер взял гетмана за руку и повел его к аналою. Архиепископ Платон стал читать особо установленную присягу, которую гетман громко повторял, подняв вверх руку. После произнесенной присяги и приложившись к
кресту и Евангелию, гетман подписался на поднесенном ему канцлером присяжном листе. То же
сделал и архиепископ.
— Я клянусь этим
крестом умереть за вас! — воскликнула Елизавета. — Клянетесь ли вы
сделать то же самое за меня в случае надобности?
Непринятие
креста, злобное отвержение страдания и проклятие ему
делает страдание темным.
— Всё равно! — ответила женщина и, достав из рукава кофточки платок, вытерла рот, как это
делают молодые мещанки за обедней, собираясь приложиться ко
кресту. Потом, вздыхая, сказала: — Ведь судом этим Васю не воротишь…
В конце молебна, во время многолетия, священник дал приложиться к
кресту старику и Алексею, но когда подошла Юлия Сергеевна, он прикрыл
крест рукой и
сделал вид, что желает говорить. Замахали певчим, чтобы те замолчали.
— Да как же, дяденька, вы рассудите… Был все с нашими… Помните, прием добровольцам
делал… и по Красному
Кресту… И во всех таких… делах… речи тоже говорил… А мы, кажется, оказывали ему всякое почтение. А между прочим, он между нашими врагами очутился.
Старик осторожно приотворил дверь. Разговор смолк. Он вошел и вернулся тотчас же. А за ним выбежал ражий офицер с красным, лоснящимся лицом, завитой, с какими-то рожками на лбу, еще мальчик по летам, но уже ожирелый, в уланке с красным кантом и золотой петлицей на воротнике. Уланка была сшита нарочно непомерно коротко и узко, так что формы корнета выставлялись напоказ при каждом повороте. В петлице торчал солдатский Георгиевский
крест на широкой ленте и как будто больших размеров, чем
делают обыкновенно.
Павел Петрович снял с себя корону и, спустив с плеч порфиру, надел поданную ему трехугольную шляпу и обнажив свою шпагу,
сделал ею плашмя три рыцарские удара по левому плечу великого князя, после чего вручил ему его шпагу, возложил ему на плечо знак ордена большого
креста и трижды облобызал сына, как нового брата по ордену.